По дороге в никуда. «Отцы и дети» стали образцом бережной работы с классикой

Если вас смущают сценические эксперименты, пугают провокации, а постановка классики «точь-в-точь» для вас – тяжёлая артиллерия, то вам нужно посмотреть новый спектакль «Отцы и дети» (16+) в Самарском драматическом театре им. Горького. Кажется, режиссёр Александр Баргман нашёл идеальный рецепт постановок на основе классической литературы.

Тургенев-Фрил

Ценитель русской классики, ирландский драматург Брайан Фрил помимо написания собственных пьес переводил русские произведения. В 1987 году на основе романа Ивана Тургенева «Отцы и дети» он написал пьесу «Отцы и сыновья». Фабула не изменилась, драматург лишь добавил присочинённые им беседы Евгения Базарова с его родителями.

Режиссёр со своей стороны дополнил драму некоторыми комедийными деталями. Ранее он обещал, что заигрываний с современностью не будет и слово своё сдержал. На сцене были лаконичные декорации. На дальней стене – анимированный портрет Тургенева. Забегая вперёд, скажем, что в гробу классику переворачиваться не пришлось.

К слуге Петру Баргман добавил ещё одного - своими замашками подозрительно напоминающего Труффальдино из «Слуги двух господ», благо актёр один и тот же (Аркадий Ахметов). Эта функциональная фигура нужна была режиссёру исключительно для того, чтобы зрители посмеялись. Роль Дуняши (Алина Василенко) в спектакле немного расширена. Её гормональный шторм и аппетитные формы в пьесе поданы куда более скромно. И это единственные вольности, которые позволил себе режиссёр.

Актёры сыграли почти безупречно. Базаров (Ярослав Василенко) вышел чуть более обаятельным, чем в книге, а в сцене признания в любви ещё и очень трогательным. Кирсановы-старшие (Владимир Сапрыкин и Герман Загорский) получились точно такими, какими мы их представляли, когда читали роман. Николай – милый и неловкий, Павел – холёный сноб, однако проявивший благородство после дуэли. Василий Базаров (Владимир Гальченко). горюя по умершему сыну, заставил всхлипывать ползала.

«Связь времён не прерывается»

Перед первым показом Александр Баргман рассказал журналистам, как расставил акценты в своей постановке.

«Мне в спектакле была важнее духовная линия. Отец и сын – как христианская категория. Евгений Базаров и Аркадий Кирсанов становятся продолжателями своих отцов, как бы они этого сначала ни хотели. Важно, что связь времён не прерывается. Гасится всё наносное, агрессивное, а любовь остаётся.  Сегодня нам не хватает чувственных ожогов, слишком много рационализма вокруг. Мой спектакль говорит: человеческое никуда не денется ни при каких временных смерчах», - сказал он.

Конфликта поколений на сцене не видно, он ушёл скорее в философскую плоскость. Кирсанов-старший вызвал Базарова на дуэль не из-за идеологических разногласий, а из-за любви. Базаровы-старшие больше всего на свете любят своего сына и примут любую ересь, которую он им предложит, какой уж тут конфликт. Аркадий полностью принимает любовницу отца и не считает этот поступок аморальным.

Первая часть спектакля динамичная и полна юмора, во второй тональность меняется, атмосфера нагнетается. После смерти Базарова становится ясно, что все персонажи без него что-то потеряли. Родители убиты горем. Аркадий утратил мятежный дух и стал подкаблучником. Павел Аркадьевич бесцельно шастает по Европе. Полоумная княжна в гостях у Кирсановых бросает в сторону странные фразы. Но мы-то помним, что в русской литературе сумасшедшие часто произносят вслух то, о чём все не хотят думать, но это витает в воздухе. Старуха дважды в спектакле говорит о некоей дороге в никуда. Возможно, это то, что ждёт персонажей после смерти Базарова.