И.о. директора и заведующий молодёжной лабораторией инновационных технологий в нейропсихиатрии МНОЦ нейропсихиатрии СамГМУ Арсений Гайдук вместе с группой медиков и инженеров разработали аппаратно-программный комплекс для лечения и реабилитации пациентов с ПТСР.
В своей разработке они совместили две передовые терапевтические методики с высокой доказательной эффективностью — ДПДГ (десенсибилизация и переработка движением глаз) и ГЭТ (градуированная экспозиционная терапия) в среде ИВР (иммерсивной виртуальной реальности).
Как возникла идея?
«Все началось в 2022 году. Мы ожидали, что в результате проведения специальной военной операции примерно четверть ее участников будут нуждаться в психологической и психиатрической помощи. Они вернутся с линии фронта с глубокими душевными ранами. Это масштабная проблема. Тогда в СамГМУ уже был разработан комплекс для людей с ПТСР, основанный на дыхательной релаксации. Он был создан для здоровых людей, не участвовавших в военных действиях. И тогда мы решили, а почему бы нам не «прикрутить» сюда еще и методики с известным уровнем доказательности, которые могут быть реализованы «в цифре»?
А кроме того, у нас в стране не так много травма-ориентриованных терапевтов, и мы хотели помочь системе здравоохранения нивелировать дефицит врачей. Мы также стремились сделать так, чтобы с этим оборудованием можно было работать удаленно в рамках телемедицины».
Как это работает?
Комплекс состоит из мощного ноутбука с соответствующим программным обеспечением, пульсиметра и VR-очков.
Сначала пациент беседует с врачом-психиатром. Убедившись, что у пациента действительно есть психическая травма, он может назначить терапию на АПК.
Сеанс работы начинается с градуированной экспозиционной терапии. Пациенту показывают видео, которое вызывает у него неприятные ощущения и эмоции. Поскольку программа разработана для военнослужащих, то контент подготовлен соответствующий – налет беспилотника. У видеоряда семь уровней – начиная с изображения местности, где слышны какие-то тревожные звуки, и заканчивая сценой нападения и взрыва дрона как будто бы рядом с пациентом. Стимуляцию до последнего уровня сначала обычно не доводят. Нужно добиться того, чтобы пациент проникся сценой, и тогда уже перейти ко второй методике. В момент перехода нельзя допустить, чтобы пациент перевозбудился и ему стало плохо. Смысл ГЭТ в том, чтобы привыкнуть смотреть страху в глаза.
Далее начинается работа по методике ДПДГ. Она призвана «перезаписать» травматические воспоминания пациента и сделать их эмоционально-нейтральными. Сначала пациента выводят на его личное травматическое воспоминание, просят постараться пережить его заново, «вытащить» в рабочую память. А затем специалист начинает всячески отвлекать пациента так, чтобы ему было сложно сконцентрироваться на этом воспоминании. Например, пациента просят следить глазами за движением ручки, которую туда-сюда водит врач. Если эта манипуляция не сильно отвлекает, то могут добавить счет по порядку с хлопками на определенных цифрах и так далее, усложняя задачи. Таким образом, травмирующее событие «перерабатывается» в мозгу пациента, и боль от пережитого заметно ослабевает.
Почему разработка сделает жизнь людей лучше?
«Участники боевых действий, бывает, возвращаются домой с тяжелыми воспоминаниями. Их жизнь больше не может быть прежней из-за всего того, что произошло. А вместе с ними страдают и их близкие. При этом, у всех ветеранов есть шанс вернуться к счастливой мирной жизни, нужно просто обратиться к специалистам.
Предполагается, что наша разработка может вернуть человеку с ПТСР вкус к жизни в довольно сжатые сроки — за десять сеансов работы. Их можно уложить в две недели лечения. Клинические испытания комплекса запланированы на 2027 год.
В будущем функционал программы будет расширяться, и поправить свое душевное здоровье смогут люди с любыми психическими травмами, полученными не только в военных действиях. Для первой части терапии добавят новых триггерных видео. В перспективе применение АПК поможет существенно поднять качество жизни пациентов с посттравматическим синдромом, а также предотвращать суициды.
Люди должны знать — душевную боль тоже можно успешно вылечить!»
Как пришли в науку?
«Организм человека мне был интересен всегда. Уже на первых уроках биологии в школе я начал думать, чтобы мне такое изучить или открыть, например, лекарство от старости, чтобы мама жила подольше. Никогда не думал, что у меня получится стать именно ученым, но это случилось. Психиатрию я не выбирал,можно сказать, она выбрала меня сама. По специальности я невролог, так же, как мой отец и дед. Я и сам успел поработать врачом этой специальности в поликлинике. Изучая эту область медицины в вузе, я с удовольствием ходил на кружок психиатрии. Там я постепенно начал встраиваться в работу научного психиатрического подразделения СамГМУ».
Почему наука – мое призвание?
Работа в вузе показала мне, что мое место не в практическом здравоохранении — так бывает, а именно в разработке и реализации масштабных проектов, которые делают людей здоровыми и счастливыми, чтобы ни происходило при этом в мире.
Кто вас вдохновляет?
«Наш ректор Александр Владимирович Колсанов. Он вдохновляет, наверное, весь медицинский университет уже шесть лет. Он ратует за современные технологии, поощряет их применение и разработку. В управлении большой структурой вуза Александр Владимирович проявляет высокую эффективность. Он выглядит, как лидер, а не как начальник. Хочу быть похожим на него».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
