Примерное время чтения: 2 минуты
15

Птицы в пальто. Почему «Питер Пэн» получился не совсем детским спектаклем

Сюжет Самара театральная
Актёры, играющие птиц, хорошо поработали над пластикой
Актёры, играющие птиц, хорошо поработали над пластикой Театр СамАРТ

В театре юного зрителя «СамАрт» прошли первые показы «Питера Пэна» (6+) – сказки, в которой нет счастливого финала. Запаситесь платочками идущие на премьеру, потому что на сцене вы увидите тот самый праудинский театр детской скорби. А заодно и взрослой.

СПРАВКА
Театр детской скорби – концепция режиссёра Анатолия Праудина. Это театр для юных зрителей без иллюзий, старых сказочных штампов и утешительных мифов для детей. С ребёнком разговаривают на экзистенциальные и сложные темы, не боясь подлинных чувств, трагизма и размышлений о реальной жизни.

Притча для взрослых

Спектакль поставлен по повести «Питер Пэн в Кенсингтонском саду» – своего рода приквелу к следующей, ставшей известной книге шотландца Джеймса Барри про мальчика, который не хотел взрослеть.

Сегодня в Кенсингтонском саду в Лондоне стоит скульптура Питера Пэна. Но для русского человека этот образ абсолютно чужд. Непонятно нам, зачем младенец семи дней от роду улетает от матери, которая любит его больше всего на свете, зачем покидает её второй раз, понимая, что мама ждёт его и тоскует. Не каждый современный родитель сегодня захочет читать эту сказку своему ребёнку. Да и текст этого произведения для взрослого не так, чтобы очень увлекательный.

Но то книга, а спектакль режиссёра Юлии Беляевой получился замечательный, красивый и основательно берущий за душу. И он больше похож на притчу для взрослых, чем на детский спектакль с пометкой 6+. Не все дети поймут его как историю про ребенка, а вот взрослые могут много чего наинтерпретировать.

Что это за место такое Кенсингтонский сад, напоминающее больше кладбище, чем парк? Похоже на пространство, в котором жизнь проверяет человека на прочность, и не все эти испытания проходят. Нельзя играть на чувствах людей и заставлять их страдать из эгоистических побуждений, рано или поздно эти люди закроют для вас двери и окна.

Причудливые птицы в пальто и масках на тёмной сцене напоминают чумных докторов, а иногда стайку бомжей. Образы яркие, интересные, но для детей могут быть очень мрачными.

Противный мальчик

Самарский Питер Пэн (Владислав Кричмарь) отчасти напоминает андерсеновского Кая из «Снежной королевы». Психологи с профдеформацией увидят в нём ребёнка с аутистическими чертами, лишённого эмпатии, а в целом зрители – эгоистичного, самовлюблённого и даже глуповатого мальчика, который по необъяснимой причине разбил сердце своей матери.

Декорации на сцене отнюдь не сказочные, но при всём при этом мы всё равно смотрим сказку. Говорящие птицы, несмотря на их мрачность, всё же милые и трогательные, равнодушные к материнским чувствам феи всё равно остаются сказочными существами, а Кенсингтонский сад – мистическим пространством, как дремучий лес в русских сказках. Многие дети хотят туда попасть, но не всем удаётся оттуда вернуться. Вот такая страшная детская сказка.

К слову, в спектакле нет того финала, что в повести, иначе театр бы точно утонул в зрительских слезах. Зато есть красивая музыка, летающие по воздуху персонажи и шутки, относящие нас к современности. Ну и в сцене, когда Питер Пэн возвращается к маме, а окно для него закрыто, кто-то из зрителей рискует испытать катарсис.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)
Подписывайтесь на АиФ в  max MAX
Топ 5 читаемых
Самое интересное в регионах