В Самаре есть улица Тухачевского. Но в целом горожане почти ничего не знают об этом человеке — даже после официальной реабилитации в 1957 году историки и журналисты не любили о нём писать, то ли по старой привычке времен «культа личности», то ли потому, что «высечь в бронзе» такой образ было довольно трудно.
Дворянин, крестьянкин сын
Михаил Тухачевский родился 16 февраля 1893 года в нетипичной семье: его отец Николай был потомственным дворянином, чей род велся с XII века, а мать Мавра — крестьянка. В конце XIX века это, конечно, не было уже таким ужасным мезальянсом, как лет сто назад, но всё равно моральному осуждению «высшего общества» такой брак подвергался, а рождённый в нем ребёнок был обречен на обвинения в неполноценности. Возможно, именно поэтому у мальчика Миши развился так заметный потом в нём «синдром отличника» — стремление сделать всё идеально и добиться похвалы, получив наивысшую награду.
В 1909 году Тухачевский окончил гимназию, в 1912 году — Московский кадетский корпус, в 1914 году — Александровское военное училище. По успеваемости он вошел в первую тройку, что дало право служить в гвардии — в Семёновском полку. Вместе с ним юный подпоручик отправился на фронт Первой мировой. Всего за полгода за отличия в службе и ранение он получил пять боевых наград — ордена св. Владимира, св. Станислава и св. Анны разных степеней.
19 февраля 1915 года случается катастрофа — роту, где служил Тухачевский, окружили и разбили, он сам попал в плен. Несгибаемый характер молодого офицера привёл его после четырех безуспешных попыток бежать в специальный лагерь для «неисправимых» в Ингольштадте. Там Михаил познакомился с таким же «бегуном», французским капитаном Шарлем де Голлем, будущим президентом Франции. А вот другой сидевший в том же лагере французский офицер Реми Рур написал позже о подпоручике Тухачевском: «Не то чтобы он был жестоким — просто он не имел жалости».
«Мне сейчас с большевиками»
Упрямый офицер сбежал и из лагеря строгого режима — в октябре 1917 года вернулся в Россию, был произведён сразу в капитаны и зачислен обратно в лейб-гвардии Семёновский полк. Однако и война, и гвардия скоро закончились из-за революции — Михаил демобилизовался и уехал в семейное поместье под Пензой. Но своим сослуживцам, собиравшимся на Дон, в формирующуюся там белую гвардию, сказал, прощаясь: «Мне сейчас с большевиками». Прозорливо ли? И да, и нет.
В марте 1918 года бывший капитан гвардии вступил в РКП(б) и в Красную армию, работал в аппарате ВЦИК, а в июне 1918-го был назначен командующим 1-й армией на Восточном фронте. На этом посту почти сражу же, в июле, вступил в конфликт с комфронта левым эсером Муравьёвым — тот поднял мятеж в Симбирске, намереваясь повернуть войска на Москву. Тухачевский был арестован восставшими и едва не расстрелян, но выступление быстро подавили, а сам Муравьев погиб.
Боевое крещение красного командарма не удалось — с 27 по 20 августа 1918 года его войска были разбиты армией КОМУЧа под командованием Владимира Каппеля. Симбирск пришлось оставить. Но реабилитировался Тухачевский быстро, отбив город 28 сентября (Каппель в это время защищал Казань). «Дорогой Владимир Ильич! Взятие Вашего родного города — это ответ на Вашу одну рану, а за вторую — будет Самара!» — отправил командарм телеграмму в Москву, поскольку именно в это время вождь мирового пролетариата пережил покушение. И слово сдержал — Самару «красные» взяли 7 октября 1918 года. Правда, точно неизвестно, побывал ли сам командарм в это время в нашем городе.
Теперь амбициозный и талантливый командир был нарасхват — практически в каждой крупной операции против войск противника решающую роль играл именно он. Специалисты отмечают смелость его мышления, любовь к технике (в одной из операций целая дивизия была переброшена на автомобилях) и большой талант. Отмечают также и честолюбие, высокомерие и странную мальчишескую привычку копировать жесты Наполеона — за которую (ну и за победы, конечно) и враги, и соратники прозвали его «красный Бонапарт».
Истребитель народа своего
Весной 1920 года Тухачевский получил своё самое важное задание — его Западный фронт должен был начать наступление в Европу. Замыслы у советского руководства были наполеоновские — сперва «революционизировать» Польшу, потом — Германию, а далее победное шествие мировой революции уже никому не остановить. В своем фирменном стиле мощных разящих ударов в неожиданные места комфронта дошёл практически до Варшавы.
Однако поляки воспользовались тем, что руководители Юго-Западного фронта — командующий Александр Егоров и член реввоенсовета Иосиф Сталин — вместо того, чтобы поддержать наступление Западного фронта и прикрыть его с фланга, решили отхватить себе персональный кусочек славы, заняв Львов, и ввязались в упорные бои за него. Правое крыло армий Тухачевского «повисло» в воздухе, и туда поляки направили в контрнаступление переброшенные с запада части. В результате фронт был разгромлен и откатился назад. А с ним приказала долго жить и идея «мировой революции». Но неприязнь и злоба между Тухачевским и Сталиным, обвинявшим друг друга в провале наступления, только появилась и в последующие годы лишь росла.
Теперь Тухачевский стал служить еще ревностнее, чтобы загладить свой личный позор. В марте 1921 года он командует подавлением Кронштадтского восстания (матросы выступили под популярным лозунгом «За Советскую власть без коммунистов!»), а летом руководит операциями против восставших в Тамбовской губернии «антоновцев» (с примерно теми же лозунгами). Проявляется в полной мере и «отсутствие жалости» — на новом посту «красный Бонапарт» подписывает приказы о взятии и расстреле заложников, а также о применении против мятежников химического оружия. Этот факт до сих пор особо ставят ему в вину, хотя реальное применение ограничилось несколькими обстрелами леса, и никаких сведений о жертвах нет.
Последняя командировка
После 1921 года карьера Тухачевского шла в гору. Несмотря на постоянные скандалы и неуживчивый характер, он занимал руководящие посты в системе Красной армии. В 1935 году в числе пяти первых военачальников получил звание маршала Советского Союза. О его теоретическом наследии и профессиональной компетенции до сих пор идут споры: одни утверждали, что «с ним бы нас в 1941 году так не вздули» (и в их числе был сам маршал Георгий Жуков), другие до сих пор называют мечтателем, прожектёром и оторванным от реальности манипулятором.
Также до сих пор спорят о том, был ли в 1937 году «заговор военных» против Сталина, или не было его, а фальшивые документы подбросил руководителям СССР глава нацистской внешней разведки Вальтер Шелленберг. Важно то, что сохранявший личную неприязнь к Тухачевскому Сталин в это поверил — или сделал вид, что поверил.
10 мая 1937 года маршала назначили на пост командующего ПриВО. 21 мая он прибыл в Самару (её уже перименовали в Куйбышев), где располагался штаб округа. Далее «показания очевидцев» разнятся. Согласно одной версии, Тухачевского арестовали прямо на железнодорожном вокзале. Согласно другой — через день, в приемной первого секретаря обкома партии Павла Постышева, куда был комокруга приглашен на встречу.
В тот же день арестованного увезли в Москву, где обвинили во всех возможных грехах — троцкизме, шпионаже, заговоре и прочих. 12 июня Михаил Тухачевский был расстрелян. В истории и России, и Самары он так и остался человеком, описать которого просто и быстро не выйдет — для полной картины всё еще предстоит узнать и прояснить много неизвестных вводных.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
