Редакция samara.aif.ru продолжает серию статей к юбилею губернии «Самара как страница в биографии». Гавриила Державина мы знаем как поэта, который «в гроб сходя, благословил» Александра Пушкина. В своё время он и сам был известнейшим стихотворцем и «нашим всем» — его стихам завидовал и пытался подражать Александр Суворов — сомнительных талантов поэт, но великий полководец. Однако многие самарцы не догадываются о том, что во времена своей бурной молодости у нас в городе «светило словесности» вел допросы с пристрастием и разбирал дела о государственной измене.
Гвардии подпоручик
Гавриил, или Гаврила, Державин родился 14 июля 1743 года в родовом имении Сокуры под Казанью. Его семья имела 60 душ крепостных, что позволяло не голодать, но не более. Хорошего образования мальчик не получил, успев лишь отучиться два года в гимназии. Кстати, когда секунд-майора Романа Державина перевели на службу в Ставрополь (нынешний Тольятти), его семейство жило в этом городе до тех пор, пока отец Гаврилы не скончался от чахотки в 1754 году.
Чтобы сделать хоть какую-то карьеру, в 1762 году 19-летний мелкопоместный дворянин записался в лейб-гвардии Преображенский полк — рядовым. Как обычно, при отсутствии протекции и влиятельных родственников, шла карьера туго — только в 1767 году Гаврила стал унтер-офицером, а первый офицерский чин подпоручика получил в 1772 году. Уже во время службы Державин стал писать стихи, которые «пошли в народ», став популярными песнями.
Два Гринёва
Жизнь и карьеру Державина круто изменило восстание Емельяна Пугачёва. Подпоручик попал в число офицеров, отправленных в армию генерал-аншефа Александра Бибикова. Лично представившись командующему, Гаврила «открыл ему свое желание, сказав, что слышал по народному слуху о поездке его в какую-то секретную комиссию в Казань; а как я в сём городе родился и ту сторону довольно знаю, то не могу ли я быть с пользою в сём деле употребленным?» Речь шла о секретной комиссии, расследовавшей акты государственной измены во время восстания.
Дерзость принесла плоды — Бибиков взял подпоручика в комиссию и тут же послал в Самару, для расследования обстоятельств бескровной сдачи крепости пугачёвцам 24 декабря 1773 года. Комендант города Иван Балахонцев сбежал со всем гарнизоном — 60 инвалидов (так тогда называли старослужащих солдат, переведенных на облегчённую службу), город встретил бунтовских казаков атамана Ильи Арапова хлебом и солью, а также колокольным звоном и молебнами.
Генерал-аншеф отправил в Самару лёгкую полевую команду (на самом деле 500 солдат с пушками) премьер-майора Карла Муфеля. Которая отважной атакой 29 декабря отбила Самару после энергичного боя с казаками. Вместе с Муфелем прибыл и Державин, имея, как сам писал впоследствии, два запечатанных конверта, которые должен был открыть на месте. Первый пакет содержал приказ о расследовании доносов на некоторых офицеров, которые, якобы, поддержали самозванца Пугачёва, выдававшего себя за «чудом спасшегося» царя Петра III Фёдоровича. Одним из таких подозреваемых стал некий подполковник Гринёв.
Пётр Гринёв родился в 1731 году и во время восстания служил командиром 22-й легкой полевой команды. Участвовал в боевых действиях на территории Заволжья, в боях под Красноярской крепостью (ныне село Красный Яр) и Ставрополем (Тольятти). Точно неизвестно, кто и за что на него донёс — Державин в своих записках говорит только о том, что установил его невиновность, поскольку подполковник храбро участвовал в боях за освобождение Самары и Алексеевской крепости (нынешний посёлок Алексеевка). Видимо, из записок поэта и позаимствовал имя героя «Капитанской дочки» Александр Пушкин.
Впрочем, история знает и другого Гринёва, Алексея — поручика гвардии, вышедшего в отставку в 1770 году по болезни и жившего в родовом имении в Белгородской области. Отставной солдат написал на него донос, обвинив в том, что тот получил какие-то документы от Пугачёва. Началось следствие, закончившееся только в в Москве, после очной ставки с пленным «Петром Фёдоровичем», который заявил, что знать не знает, что это за человек. Царица Екатерина II Гринёва лично помиловала и отпустила обратно в поместье.
Судя по всему, автор «Капитанской дочки» позаимствовал для своего героя биографии обоих Гринёвых — оправданного Державиным и помилованного лично императрицей.
«Жестоко на площади наказать»
Второй распечатанный Державиным в Самаре конверт содержал приказ «по взятии Самары найти того города жителей, кто первые были уговорители народа к выходу навстречу злодеям со крестами и со звоном, и через кого отправлен благодарственный молебен». Главных зачинщиков сего действа предписывалось отправить закованными в Казань, а менее виновных «для страху жестоко на площади наказать плетьми при собрании народа, приговаривая, что они против злодеев должны пребывать в твердости».
Гвардии подпоручик добросовестно приказание начальства выполнил — лично вел допросы, выясняя степень вины каждого горожанина, обвинённого в сотрудничестве с мятежниками. После его следствия десятки самарцев были пороты плетьми на главной площади города, при каковой экзекуции некоторые даже умерли. А наиболее виновных Державин лично сопроводил в Казань, для дальнейших разбирательств в комиссии.
Среди наказанных Державиным были и представители духовенства. Которые нажаловались по инстанции и инициировали разбирательства по обвинению в самоуправстве. Можно сказать, что служебное рвение поэту на пользу не пошло — в 1777 году он вышел в отставку, закончив службу в Преображенском полку.
Статский советник
Однако это был не конец, а начало блестящей карьеры 34-летнего Гавриила — императрица Екатерина II лично приказала закрыть все дела против него, а также повелела взять на гражданскую службу с чином статского советника (аналог армейского бригадира) в Правительствующий сенат — высший орган исполнительной власти страны. Учитывая, что гвардейские офицеры обычно увольнялись или переходили в армию с преимуществом в два чина, отставной подпоручик «перепрыгнул» сразу три ступени. Так что, возможно, Державин всё-таки раскопал во время своих расследований что-то важное, за что и был в итоге награждён и продвинут по службе.
Гаврилу Романовича ждала успешная государственная карьера — он дослужился до действительного тайного советника (генерал-аншефа) и в 1802–1803 годах стал первым министром юстиции империи. Ещё более удачным оказалось его творчество — уже при жизни за ним закрепилась слава первого поэта России, которая не покидала Державина до самой смерти 20 июля 1816 года.
Ну а в Самаре поротые спины зажили, и память о суровом подпоручике гвардии выветрилась напрочь — ни памятника, ни улицы, ни даже мемориальной доски в его честь в городе нет. С другой стороны, а кому приятно помнить о том, кто велел дать твоему предку полсотни плетей? Впрочем, в 2024 году «Самарское речное пассажирское предприятие» приняло на баланс малое круизное судно «Гавриил Романович Державин» — которое теперь возит жителей губернии по Волге.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
