Этот человек был многолик, как античный бог перевоплощения Протей — служил в ЧК, убил германского посла, неоднократно бывал за границей с секретными поручениями, дружил с Есениным и Маяковским, несколько раз пытался застрелить Осипа Мандельштама. А погубило Якова Блюмкина знакомство со Львом Троцким. Мало кто знает, что существуют ниточки, связывающие этого загадочного человека с Самарой. Мы расскажем о них в рамках проекта samara.aif.ru к 175-летию Самарской губернии.
Левый эсер
Яков Гиршович Блюмкин родился 11 марта 1900 года в Одессе, в многодетной семье приказчика бакалейной лавки. После смерти отца Блюмкины бедствовали — мальчика отдали в школу при синагоге для малообеспеченных детей. Если у ученика были способности, в 14 лет он поступал в ешиву — еврейский религиозный вуз, а если не было — его отправляли работать. Яков трудился в электротехнической мастерской, подрабатывал монтёром. Попытка учиться в техническом училище закончилась из-за нехватки денег на оплату образования. В 1916 году юноша устроился на консервную фабрику.
В 1914 году подросток заинтересовался идеями социалистов-революционеров — эсэров, считавших, в отличие от марксистов, что у России свой особый путь к социализму. Попал под надзор полиции, однако в феврале 1917 года самодержавие приказало долго жить. Блюмкин (уже Яков Григорьевич) стал партийным агитатором, а в январе 1918 года вступил добровольцем в «Железный отряд», входивший в Особую революционную Одесскую армию, сформированную для защиты от наступавших на город румынских войск. Румынов отбить удалось, но австро-венгры и немцы оккупировали Украину и добились заключения Брестского мира 3 марта 1918 года.
Блюмкин, дослужившийся аж до начальника штаба армии, перебрался после её ликвидации в Москву. Там левые эсеры, образовавшие коалиционное правительство с большевиками, выдвинули его на ответственный пост — начальника международного отделения ВЧК.
Международное убийство
Именно на этом посту Блюмкин совершил свое самое известное деяние. Партия левых эсеров была категорически против Брестского мира и постановила убить германского посла в Москве графа Вильгельма фон Мирбаха, чтобы снова спровоцировать войну. 6 июля 1919 года Блюмкин и его коллега Петр Андреев, использовав удостоверения сотрудников ЧК, вошли в посольство и открыли стрельбу, а затем кинули две бомбы (одна не взорвалась). Все выстрелы и взрыв не повредили никому в доме — кроме одной пули, выпущенной, скорее всего, из револьвера Андреева. Она попала послу в голову и мгновенно убила. Террористы скрылись так быстро, что оставили на месте преступления свои шапки и портфель Блюмкина с удостоверением.
Раненого в ногу товарища Андреев отвёз в лазарет, так что в восстании левых эсеров в Москве 6 июля тот участия не принимал. А после подавления мятежа бежал на Украину, в подполье. Революционный трибунал приговорил его заочно к трём годам заключения — суровые были времена, и кровь человека, даже иностранного посла, много не стоила, да и Первая мировая война в ноябре 1918 года, когда выносился приговор, уже закончилась поражением Германии.
На Украине Блюмкин провел чуть меньше года, занимаясь, как сам утверждал, подготовкой покушения на гетмана Павла Скоропадского и немецких офицеров. Попал в плен к петлюровцам, был жестоко избит, а после выписки из больницы в апреле 1919 года явился в Киевскую ЧК с повинной. Его отослали в Москву, где с ним беседовал сам Феликс Дзержинский, а в итоге за какие-то неведомые нам до сих пор заслуги Яков Блюмкин был 19 мая 1919 года амнистирован. Возможно, уже тогда он был завербован в ЧК — бывшие товарищи по партии левых эсеров три раза потом пытались его убить.
Человек богемы
Блюмкина взяли в Политуправление РККА — он ездил с инспекциями по Ярославскому и Поволжскому военным округам. Именно в это время он несколько раз посетил по служебным делам Самару, где общался с командующим 3-й армии Михаилом Фрунзе. К сожалению, воспоминаний о его визитах в наш город не осталось.
В 1920 году он с непонятными полномочиями и неизвестным нам заданием в ранге военного комиссара РККА побывал в Персидской советской республике — части Ирана, где в 1920–1921 году большевики пытались устроить революцию.
Ещё в 1918 году, будучи в Москве, Блюмкин охотно ходил по литературным кафе и кабаре, заведя знакомства в «мире богемы», которые поддерживал и далее, во время возвращения из своих многочисленных тайных командировок. Сергей Есенин и Анатолий Мариенгоф были его друзьями (насколько вообще циник Мариенгоф мог быть кому-то другом — в мемуарах он пишет о «приятеле» достаточно нелицеприятно, как, впрочем, и о многих других), Владимир Маяковский дарил ему свои сборники, Вадим Шершеневич посвящал ему стихи. Утверждают, что даже Николай Гумилёв как-то раз похвалил его за убийство Мирбаха — поэт был фронтовиком-кавалеристом и очень не любил немцев. Блюмкин хвастался своей службой в ЧК и по пьяни подписывал на глазах друзей смертные приговоры, обещая сводить посмотреть на «настоящие расстрелы».
А вот Осипа Мандельштама Яков несколько раз прилюдно пытался застрелить, выхватывая револьвер. Есть несколько версий того, из-за чего они поссорились, но неприязнь сохранилась до самой смерти Блюмкина. Впрочем, очевидцы этих стычек вспоминают, что «боец революции» всегда давал время друзьям повиснуть у него на руках и вывернуть револьвер. Угрожал Яков и Есенину — когда в 1924 году приревновал к своей жене. Тогда их дружба сильно расстроилось, что и дало некоторым историкам повод утверждать, будто чекист участвовал в инсценировке самоубийства поэта в 1925 году.
Еврейские рукописи для диктатуры пролетариата
Блюмкин постоянно пропадал и появлялся, рассказывая, а больше намекая, о таинственных международных миссиях, которые ему поручали в иностранном отделе ВЧК, куда его взяли на службу в 1923 году. Организовывал подпольную резидентуру в Палестине и предлагал скупать древние еврейские рукописи для дальнейшей перепродажи за валюту, подавлял крестьянское восстание в Грузии, во время секретной командировки в Китай искал «золото барона Унгерна» и сумел поссориться с руководством компартии Монголии, возглавлял тайную резидентуру в Стамбуле.
В турецкой столице Яков и погорел — в 1929 году встретился там нелегально со Львом Троцким и взял у него какие-то письма к бывшим соратникам в СССР, которые по возвращении в Москву пытался передать Карлу Радеку и Ивару Смилге (они отказались и посоветовали явиться к чекистам с повинной). В итоге осведомительница ОГПУ Елизавета Горская, любовница Блюмкина, донесла на него — он де прячет какие-то бумаги Троцкого и хочет сбежать из СССР.
Насколько вся эта история была достоверна — неясно, но ОГПУ его арестовало. Стенограммы допросов читал лично Сталин. В итоге политбюро ЦК ВКП(б) приговорило Якова Блюмкина к расстрелу. Казнь состоялась в один из дней с 3 по 6 ноября 1929 года на Лубянке — даже точный день смерти «международного человека-загадки» неизвестен. Как и подробности большей части его тайных миссий — архивы ВЧК—ОГПУ—НКВД до сих пор цепко хранят свои тайны.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
