Тема сохранения памятников архитектуры в регионе по-прежнему вызывает жаркие споры и требует пристального внимания. О том, как сегодня ведется эта работа, какие здания отреставрируют в этом году, а также о том, почему сталинки заслуживают охранный статус, в пресс-центре «Аиф-Самара» рассказал руководитель Государственной инспекции охраны объектов культурного наследия Самарской области Иван Стафеев.
Новый механизм
Наталья Калинина, samara.aif.ru: В 2025 году запущен новый механизм восстановления объектов культурного наследия: инвестор получает объект только после того, как проведет в нем ремонт. Каковы перспективы этого механизма и как будут контролироваться ремонтные работы?
Иван Стафеев: Механизм инициирован администрацией города Самары, то есть распространяется только на объекты, находящиеся в муниципальной собственности. Работает это следующим образом. Администрацией города создана структура АО «Самаргорпроект», которой переданы несколько объектов недвижимости. В конце прошлого года их было 11, восемь из них являются объектами культурного наследия. Это здания, которые не эксплуатируются.
Мы отталкиваемся от того, что здания необходимо приводить в порядок. И немаловажной частью всего реставрационного процесса является нахождение грамотного пользователя, у которого есть возможности и желание сохранить этот объект культурного наследия и вдохнуть в него новую жизнь.
В конце прошлого года по указанным объектам была инициирована конкурсная процедура передачи их инвесторам с обязательством в течение пяти лет провести в зданиях ремонтно-реставрационные работы. Право собственности на землю начнётся только после исполнения инвестором этих обязательств.
Контролировать ремонт по части сохранения зданий, как объектов культурного наследия, будет ГИООКН, а по технической части — АО «Самарагорпроект».
— Некоторые объекты культурного наследия в Самарской области сегодня находятся на грани разрушения. Что сейчас делается для их спасения?
— Это зависит от того, к какой категории относится объект культурного наследия. Если у объекта нет собственника, то здание сначала необходимо признать бесхозяйными, а затем включить его в перечень муниципального имущества того образования, на территории которого располагается этот объект. К сожалению, у нас много неучтенных объектов, и мы эту проблему совместно с органами регистрации прав и муниципалитетами активно решаем. После этого объект либо передается инвесторам, либо восстанавливается муниципалитетом.
Ярким примером такого памятника культуры может служить Бариновская мельница. У нее не было собственника. Через суд она была признана безхозяйным объектом и передана муниципалитету. Участок был размежеван, а затем, благодаря ряду программ, объект привели в порядок, и сейчас он радует жителей и гостей региона.
Есть также здания, которые находятся в частной собственности, но по разным причинам они в ненадлежащем или руинированном состоянии. В таком случае мы требуем от собственников отремонтировать объект. Если требования игнорируются, идем в суд с иском об изъятии здания в собственность муниципалитета или региона. Если же объект находится в государственной или муниципальной собственности, то при отсутствии финансирования из бюджетных средств, мы ищем инвесторов.
Сталинки — достояние мировой культуры
— В последние годы идет активный процесс выявления архитектурных объектов культурного наследия. Некоторые решения кажутся обывателю неочевидными, например, включение в реестр сталинок на пр. Масленникова. Зачем им охранный статус?
— Стоит разделять процессы выявления и историко-культурной экспертизы, потому что основная масса выявленных объектов культурного наследия были включены в этот перечень еще в 1993 и 1997 годах. Сейчас список пополняется в среднем на дюжину в год. Все памятники сталинской архитектуры были выявлены ранее. Сейчас мы проводим их историко-культурную экспертизу для того, чтобы определиться с их статусом. Либо мы их включим в единый госреестр объектов культурного наследия, либо примем решение о нецелесообразности этого включения.
Вопрос о ценности объектов культурного наследия очень сложный. Культурное наследие — всегда совокупность различных видов ценностей. Ценность может быть исторической, архитектурной или градостроительной. Объект может быть ценен с точки зрения развития науки и техники. Культурное наследие — это ещё и вклад в мировую культуру. Какую ценность наше государство привнесло в развитие культуры в целом? Если говорить о XX веке, то это, например, архитектура модерна, прекрасные образцы которой являются гордостью Самары. Но всё же эта архитектура заимствована. А вот архитектура конструктивизма — наше самобытное явление в архитектуре.
Сталинки — это образцы советского неоклассицизма, который характерен именно для нашей страны. Первые здания на проспекте Победы, такие, которые сегодня формируют ансамбль этой улицы, появились в 1934 году. Сегодня мы можем отметить их высокую градостроительную ценность. Они формируют самую гуманную, на мой взгляд, городскую среду из того, что вообще застройка может предложить. Это широкие тротуары, бульвары, аллеи, просторные дворы. И территориальный ресурс этих районов сейчас позволяет с практически минимальными изменениями вместить в себя современный плотный трафик. Или, например, он позволял ранее там модифицировать транспорт. Так на улице Победы трамвай сменился метрополитеном.
Кстати, помимо жилых сталинок от этого же периода в объекты культурного наследия нередко включаются здания дворцов или домов культуры. Это тоже новая типология зданий, которая до этого в мировой культуре не встречалось. Можно упомянуть и фабрики-кухни, и жилые дома-коммуны. Это то, чем наша культура выгодно отличаются, и что нужно обязательно сохранить для потомков.
«Реставрация 2026-го года»
— Какие здания начнут реставрировать в этом году? И какой проект вы бы условно назвали «реставрацией года»?
Наверное, главную реставрацию года можно будет озвучить только в конце года. На сегодняшний день инспекция выдала более 70 разрешений на различные реставрационные работы. В первую очередь, это разрешение на обследований зданий и разработку научно-проектной документации. Подрядчики и собственники объектов уже готовятся к строительному сезону. Работы начнутся сразу же, как позволит погода.
Среди объектов, которые преобразятся в этом году, — жилой дом Пермякова на ул. Ленинской, 79, один из корпусов комплекса Оренбургской экспедиции на ул. Алексея Толстого, купеческая уса 1f40 дьба Жуковых на Венцека, 36. Кроме того, уже начались и должны быть заверш 1f40 ены в 2027-м работы на одном из знаковых объектов города. Речь идет о жилом доме на участке Афанасьевой на ул. Степана Разина, 48/Пионерской, 28А. Это особняк с элементами викторианского стиля, в котором сейчас расположены медучреждения.
Согласованы реставрационные работы в особняке Неронова на ул. Алексея Толстого, 39/ Пионерской, 19. Проект реставрации предусматривает не только приведение в порядок фасада, но и приспособление объекта для современного использования.
— Как сейчас дело обстоит с предпринимателями, которые арендуют помещения или владеют ими в зданиях, признанных памятниками? Какие нарушения наиболее распространены?
— Самые распространенные нарушения — размещение технических устройств, например, наружных блоков кондиционеров, и несогласованных вывесок на фасадах. Они чаще всего бросаются в глаза горожанам. Собственники выходят из положения разными способами. Не запрещено размещение технических устройств, например, в чердачном пространстве, либо практикуется вынос устройств на те части здания, которые не относятся к объекту культурного наследия.
Что касается вывесок, то собственники должны руководствоваться правилами благоустройства города. И здесь, к счастью, они уважительно относятся к памятникам архитектуры и правила соблюдают. Сегодня ограничена высота вывесок: их запрещено делать выше полуметра. Это достаточная высота для того, чтобы эти вывески были хорошо видны людям и не закрывали фасады.
— Как бы вы охарактеризовали состояние деревянного зодчества сегодня в Самаре? Какие есть проблемы с его охраной?
— Ситуация двоякая. С одной стороны, у нас, к счастью, сохранилось большое количество объектов деревянного зодчества. И они, несмотря на свое зачастую неудовлетворительное состояние, все равно формируют ту уникальную атмосферу, которая привлекает и туристов, и специалистов, которые такие памятники изучают.
С другой стороны, эти объекты часто требуют срочного ремонта. Причем эти работы необязательно сложные, реставрационные. Речь идет, прежде всего, о консервации таких объектов для того, чтобы предотвратить дальнейшее разрушение.
Основные проблемы деревянного зодчества, в целом, характерны для всего мира — в первую очередь, это обеспечение противопожарной безопасности.
«Волжский город»
— Расскажите о вашем любимом здании в Самаре.
Каждый наш объект уникален, у каждого есть какие-то элементы, которые откликаются. Есть объекты, к реставрации которых я сам был причастен как архитектор по образованию. Есть объекты, на которых я был автором проектов их реставрации. Из наиболее, наверное, близких именно мне могу назвать особняк Жоголева на Галактионовской, 57, в Самаре и недавно отреставрированный особняк Стерлядкина в Сызрани. Всем советую посетить этот город, который сохранил на центральной улице непередаваемую атмосферу XIX века.
— Как бы вы охарактеризовали архитектурный облик Самары одним словом или метафорой?
Это «волжский город». Города Приволжского федерального округа связаны с двумя могучими реками — Волгой и Камой. У больших городов, которые на этих реках располагаются, есть непередаваемый вайб мощной водяной артерии. Причем все эти города, в основном, развивались в XIX–XX веках. Это тоже на накладывает свой отпечаток на архитектурный облик.
У Самары с точки зрения архитектуры и градостроительства есть несколько периодов развития. Даже книга была такая — «Самара, Куйбышев, Самара». И эти три этапа, с одной стороны, неразрывно связаны друг с другом, а с другой стороны, каждый особенный по-своему. Атмосфера XIX века — кирпичная купеческая застройка и доходные дома. Начало XX века — модерн, поиски новых форм. Архитектура середины XX века — атмосфера промышленного подъема. Поэтому каждый район Самары откликается по-своему.
— В конце 2024 года ваше ведомство из управления превратилось в инспекцию. Зачем?
— Это было связано с изменением в структуре областного правительства, с приведением всех органов исполнительной власти к единому формату. Это повышение статуса и повышение ответственности. На самом деле наши полномочия за последние годы сильно выросли. Прибавилась работа с историческими поселениями, увеличилось количество зон охраны, изменилась контрольно-надзорная деятельность. Вместе с этим мы остались все тем же госорганом охраны объектов культурного наследия.
Видеоверсию интервью с Иваном Стафеевым смотрите по ссылке: https://rutube.ru/video/private/36cf024a685a4670045ec03c1a07f17e/?p=GgjWlsR7MlT4UA-jljFUzw
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
